?

Log in

No account? Create an account

БЛОГ АЛЕКСЕЯ БЕХТЕРЕВА:

Обратная сторона Любви

БУДЬТЕ ГОТОВЫ К ЭТОМУ ПРАЗДНИКУ
dorogapodlunoj
Мой друг собрался жениться. Ему — 28, ей — 41. Я отговариваю, но он слушать ничего не хочет. Через 10 лет — он будет мужчиной в собственном соку. Она — разменяет 6-й десяток! Не въезжаю, ей-то зачем это надо! Что думаете? Правильные коменты обязательно дам ему прочесть...

БУДЬ ПОДКОВАН
dorogapodlunoj
Эта жуткая история произошла недавно. Две милые девушки, Лена и Катя, закончили на родине универ и приехали в Москву. Им повезло – они устроились в солидное рекрутерское агентство.
Рабочий день подходил к концу. За окнами стоял весенний московский вечер. В синих сумерках скользили лакированные автомобили, разгорались окна кафе.
Жизнь девушек в Москве складывалась замечательно. Начальство вполне заценило их. Лена готовилась возглавить структуру, Катя – стать ее замом.
Подбор персонала оказался делом нехитрым.
– Клиент еще рта не раскрыл, – бойко говорила Лена, – а я уже знаю, на что он способен.
Лена приостановилась у окна, застегивая куртку. Она заметила, как у входа их агентства остановился черный бумер. Из него выбрался господин vip-бизнес-класса и прошагал к подъезду.
– Прибыл какой-то папик. Интересно, к кому?
На офисном языке папик означает босс.
– Уж не к нам, – прогудела Катя. – К нашему берегу если не бревно, то палка.
– Да, такие шишки с ерундой не ездят. А у нас что?
Обе девушки страстно мечтали о серьезных делах, которые подняли бы их на верхний уровень офисной иерархии.
– Эх, прокрутить бы сделочку лимонов эдак... – вздохнула Катя. – Идем?
Но тут дверь отворилась, и в кабинете возник тот самый папик.

– Вас предупредили о моем приезде? – сказал он.
Девушки торопливо скинули куртки.
– Конечно! – нашлась Лена. – С обеда ждем!
– Тогда приступим... – он извлек из папки учредительные документы крупнейшей в Москве строительной компании. – С вашим агентством у нас давние связи. А вас мне рекомендовали как классных профессионалов.
– Что, именно нас?
– Именно вас, – слегка улыбнулся папик. – Вы – Лена Грачева. А вы – Катя. Поэтому буду откровенен. В нашей фирме возникли трения. Сегодня это уже не секрет. Время требует серьезных решений. Но часть наших акционеров выступили против. Не могут Юрия Михайловича забыть. И на вчерашнем заседании у нас произошел раскол. Их не смутило присутствие в президиуме членов силовых структур.
Девушки напряженно кивали.
– Как известно, – продолжал папик, – среди наших учредителей – правительство Москвы. Среди акционеров – члены правительства.
Сегодня ранним утром в Кремле прошло экстренное совещание, на котором мне было предложено в кратчайшие сроки сформировать новое крыло под крышей нашей компании. Президент лично курирует процесс. Мэр принимает активное участие. Наша цель – создание структуры, которая вберет в себя всю деятельность компании. Ее возглавить поручено мне.
– А мы… – попыталась что-то вякнуть Катя.
– Вот мы и до вас добрались. Вам предлагается сразу два серьезных дела. Первое – подбор персонала. Для начала нам требуется двадцать риелторов. Срок – сутки.
– У нас в базе есть два очень опытных... – задумалась Лена.
– Во-первых – два мало. Во-вторых – опытные не нужны. Мы сами их всему научим. Точнее – вы! Завтра вы подъезжаете к нам в офис.
– А где ваш офис? – у девушек захватило дух.
– Наш офис в Кремле. Завтра у меня на столе должны лежать списки с паспортными данными кандидатов. На них тут же оформляется приказ, который визируется лично… – папик вскинул глаза вверх.
Девушки понимающе посмотрели в потолок.
– Главное – выиграть время. Лужковцы ничего не должны знать в течение трех суток. Поэтому кандидатов вы не проводите нигде. Работаете со мной напрямую.
– Но у нас порядок…
– За каждую реальную кандидатуру вы получаете сто евро. Наличными и сразу! Однако набранные люди еще не команда. Это толпа. Поэтому мне срочно требуются профессионалы по кадрам, которые в сжатые сроки создадут коллектив. Уверен – вы с этим справитесь.
– Мы?!
– Сколько вы получаете сейчас? На руки. Смелее…
– Сорок пять.
– У нас вы будете иметь сто. Мы строим города!
На следующий день риелторы были набраны. Выйдя в коридор, Лена позвонила папику.
– Задание выполнено, – приглушенно рапортовала она. – Мы выезжаем к вам, в Кремль.
– Жду! Правда сейчас я в мэрии… – задумался папик. – Поступим, значится, так. Вы сможете через час быть на Маросейке? Я там буду проезжать.
– Вообще-то у нас рабочий день. Но мы сможем!
Через час Лена с Катей вошли в полутемную кофейню. В тени лимонного дерева на черном диване сидел папик.
– Здесь мы в безопасности, – он бегло проглядел списки риелторов и убрал их в портфель.
– Люди ждут только вашего сигнала, – пояснила Лена.
– Они завтра же приступят к работе. Дела выше слов! А вам… – папик выложил на стол пачку евро. – Через пять дней вы будете работать у нас. Настоятельно рекомендую – с завтрашнего дня взять больничный и закатить куда-нибудь подальше, в теплые края. В Италию, например. Вам нужен отдых перед великими свершениями.
Девушки так и поступили. Они купили горящий тур и улетели на пять дней в городок Римини, расположенный на адриатическом побережье Италии. Теперь это можно было себе позволить. В Москве их ждала головокружительная карьера.
Вернувшись из Италии, они прямо из Шереметьева позвонили папику. Но папик почему-то не отзывался. Это было странно.
Из аэропорта девушки отправились в свою съемную комнату. И тут их ждал второй сюрприз. Из кухни появились трое серьезных мужчин.
Не дав перепуганным девушкам даже переодеться с дороги, мужчины усадили их в машину и привезли в рекрутерское агентство, на котором Лена и Катя уже было поставили жирный крест.
Девушки пребывали в полной уверенности, что это козни лужковцев, и непрерывно дозванивались папику.
Лену и Катю отвели в кабинет начальника и учинили форменный допрос.
На стол перед ними королевским пасьянсом легли все двадцать анкет неопытных риелторов. В жестких выражениях от них потребовали дать отчет: почему ни одна из кандидатур не была проведена через анналы агентства.
Лена держалась независимо. Катя даже дерзила. Сейчас объявится папик...
Но вместо этого открылась неприятная подробность. Все двадцать риелторов проработали в команде папика всего лишь день.
Утром папик собрал всех сотрудников почему-то не в Кремле, а в доме культуры ситценабивной фабрики. После краткого и энергичного приветствия он вручил каждому риелтору генеральную доверенность на право управления недвижимостью. И начинающие риелторы разъехались по Москве набираться опыта.
К вечеру они вновь собрались в доме культуры, на этот раз с деньгами, полученными с продажи квартир.
Папик пересчитал деньги и заказал ящик шампанского. Пообещав скоро вернуться, он отбыл в банк.
Вместо ящика шампанского в дом культуры нагрянул отряд полиции особого назначения. Все риелторы были арестованы.
Выяснилось, что эти риелторы продали по подложным документам семнадцать квартир, которые сам папик арендовал месяц тому назад. Причем три квартиры были реализованы одновременно двум разным лицам. Итого – двадцать сделок. Неопытные риелторы только хлопали глазами и озирались по сторонам.
Кинулись искать папика. Но его след простыл. Вместе с ним исчезли три миллиона долларов, вырученные от продажи квартир. А риелторы были сами обмануты рекрутерским агентством. Крайними оказались Лена и Катя.
Теперь с девушек настойчиво требуют три лимона... Что можно посоветовать им, кроме того, что впредь нужно быть умней?.. Может быть, сходить в храм и свечку поставить?..

СДЕЛАТЬ ВСЕ И НЕМНОГО БОЛЬШЕ
dorogapodlunoj
Есть у меня друг. Похож он на Марата Башарова. И зовут его также. У Марата есть заветное желание, эксклюзивное по нашим временам. Он мечтает создать хорошую семью. Но мечта не становится реальностью.
Марат активно знакомится. Но буквально с первого свидания девушки начинают его «лечить» – переделывать. Оказывается, Марат неправильно одевается, не в те клубы ходит, не ту музыку слушает. И питается он тоже неправильно.
Или девушка вдруг с материнской заботой начинает его опекать: Маратик такой несамостоятельный, он же пропадет. И о! если бы Марат был маргиналом. Живет в своей квартире, ездит на собственной камри, и совсем не смотрится пропадающим.
Естественно, Марат остается один.
У него уже вырабатывается комплекс – боязнь девушек. И это у человека, мечтающего о дружной семье!
За помощью Марат обратился к психологу. Психолог сказал:
– Если вас лечит одна девушка – это случайность. Если две – пора задуматься. А ежели три – закономерность.
И поставил диагноз: Марату не хватает уверенности в себе. Нужно срочно меняться.
В этой истории удивляет не глупость психолога, и не никчемность Марата. Мой друг состоялся вполне. А странное отношение девушек к нам, мужчинам. Ведь получается, им не нужны мы, как таковые, раз общение с нами они начинают с уроков.
Как думаете? Или Вы уверены, что мужчина нуждается в огранке? Без нее он полуфабрикат?..

ИСПОВЕДЬ ЭКС-ПРОСТИТУТКИ ЭКОНОМ-КЛАССА
dorogapodlunoj
Последний мой пост про Ивана-раба прочла Анастасия Соловьева. Пост ее позабавил, она попросила телефон Ивана, а взамен познакомила меня с дамой, которая бывала Госпожой у подобных иванов.
Вот что эта Госпожа рассказала мне о себе.
— Приехала я в Москву девочкой пятнадцати лет. Взяли меня на фабрику «Красная роза» ученицей. Это был улет! Хуже тюряги!
— Даже хуже?
— Ну сам суди. Нас двадцать пять девчат, и к нам приставлены две полоротые мымры. Злые до жути! Жили на фабрике, спали вповалку. В город – по большим только праздникам…
В Перестройку фабрику закрыли. Здание продали, и общагу нашу в придачу.
– А вас – в придачу к общаге?
– Нам сказали: выметайтесь, а не хотите, придется обслуживать гостей.
Я согласилась, деваться-то было некуда. И пошла тут житуха…
– Какая?..
– Да чего говорить? Про мужиков, про ихние причиндалы?
– Можно и про это.
– Брось ты. Заведение было недорогое, народ простой, шофера, работяги, гастарбайтеры. По понедельникам медосмотр. Всегда кого-нибудь увезут. Куда – неизвестно. Но только девки эти больше не возвращались… Да, чего я только не навидалась за эти пять лет!
– Как тебе свалить оттуда удалось?
– Мне крупно повезло, – она сладко вздохнула и загадочно посмотрела на меня.
– Расскажешь?
– Расскажу... Стал меня посещать один постоянный клиент. Звали его Душко. Серб.
– И чего он к тебе прикипел? Влюбился?
– Да. Представь себе… Влюбился без памяти. Проси, говорит, чего хочешь. Для тебя, Надежда, ничего не пожалею. Подарки носил разные, деньги. Правда деньги у нас администраторша изымала.
Приходил ко мне Душка каждый день. Наносил, бывало, всего. Апельсины, бананы, яблоки, сок апельсиновый. Сухофрукты. Я сажусь, ем. А он щеку подопрет, смотрит на меня и только вздыхает. И всегда строго-настрого наказывал: никого больше не принимай, будь только со мной. Если что, смотри, Надежда. Узнаю – сразу убью. Такая любовь была. Он по-русски говорил как мы с тобой, уже несколько лет жил в Москве, работал стекольщиком.
– И ты никого не принимала?
– Говорю ему: ладно. Никого принимать не буду. А разве можно? Обманывала его потихоньку. А потом он про это узнал…
– Убил?
– Два дня не ходил. А на третий является. Батюшки! Да не один! Втроем! И все с ножиками! Мы с девочками сидели в зале, было рано, народ еще не подтянулся. И вдруг входит Душко!.. Глаза сверкают. И при всех объявляет: собирайся, Надежда, поедешь со мной! Девки наши давай визжать со страху. Прибежала администраторша: никуда она не поедет! Убирайся! И тут вваливаются в помещение охранники. Все лысые, в цепях и наколках. Страсть! Но Душка молодец! Не испугался. Закрыл меня собой и говорит: Надежду не отдам! Так и знайте!
– Бандиты, естественно, дали деру?
– Ретировались, конечно. Душка привез меня к себе на квартиру. Кругом красотища. В каждой комнате люстры шикарные висят. Евроремонт, цветы везде. И апельсины в вазах.
– Ты апельсины любишь?
– Очень! И стала я у Душки жить. По выходным мы ходили гулять, шли иногда в кафе посидеть, выпить кофе. Иногда к нам приходили гости, приятели Душки, югославы. Душка, он добрый, ласковый, а когда выпьет еще добрее становился.
Так прожили мы два года, а потом я забеременела. Душка сказал: рожай. И у нас родилась девочка. А через год Душка уехал - у него закончился контракт. Но ты не думай, он о нас помнит. Деньги шлет.
— И что ты стала делать без Душки?
— Перво-наперво я отправила девку в деревню. А сама стала искать работу. И вскорости нашла! Да какое замечательное место - прям райское. Секс...
— Опять?
— Теперь секс по телефону! И это совсем не то, когда тебя в действительности... и в хвост и в гриву одновременно.
— И кто тебе звонил?
— Ой, самые разнообразные люди. И такие смешные попадались, не могу! Много звонило любителей подглядывать...
— Вуайеристы?
— Поначалу никак не могла взять в толк, чего они хотят от меня! Но потом ничего, освоилась. Им хотелось послушать, как меня насилуют на пустыре за гаражами. Чем только ни приходилось мне отбиваться от насильников. Плетками, кузнечным прессом, палками с ржавыми гвоздями, пилорамой. Даже сапоги на острых шпильках пускала в ход!.. А дальше ты уж знаешь обо мне...
Через четыре года контору по оказанию телефонных секс-услуг прикрыли. Надя вновь осталась не у дел. Казалось бы, теперь куда деваться, что делать?.. Однако последнее занятие развило в ней качества, которыми она удачно воспользовалась в новой профессии.
Как думаете, чем она теперь занимается?..

СЕМЕЙНАЯ ЦЕННОСТЬ
dorogapodlunoj
Я летел в командировку. В помощники мне был дан мужчина со сказочным именем Иван. Мы работали в разных отделах, я слышал, что он исполнительный, но безынициативный сотрудник.
В дороге Иван рассказал, что не женат, живет с мамой, а свою квартиру сдает. Обычная история?.. Нет! Ее последствия не замедлили явиться, и самым чудовищным образом!!
В первый день мы быстро отстрелялись. Собрались уже возвращаться в гостиницу, как вдруг я встретил старых знакомых. Мы решили отметить встречу. Ивана я отпустил, предупредив, что приду часа через три.
Когда я вошел в прихожую нашего номера, из комнаты доносился шум борьбы, хлесткие удары и стоны Ивана... Я замер на месте!..

Бандиты! — пронеслось в моей голове. — К счастью, травматика у меня с собой.
Под непрекращающиеся вскрики Ивана я вытащил пистолет и распахнул ногой дверь...
Моим глазам предстало неожиданное зрелище. Голый Иван лежал связанный на кровати. Над ним в одежде из ремней трудилась проститутка.
При моем появлении хлыст выпал из ее рук. Иван застонал, но совсем по-другому. В его стоне послышался конфуз и досада. То, что произошло на следующий день — меня потрясло сильней.
На следующий день мы задержались на работе, устали и сразу же отправились в гостиницу. Перед сном я ушел в ванную. Но когда я выключил воду, из комнаты доносились стоны:
— Я твой раб!.. Повелевай мной!.. А-а!..
Значит, пока я мылся, Иван опять вызвал проституток! Неслыханная наглость не укладывалась в голове! Я запахнулся халатом и влетел в комнату в полной уверенности, что увижу вчерашнюю картину, но... ошибся!..
На кровати в позе лотоса сидел голый Иван перед ноутбуком и говорил по скайпу. При моем появлении он торопливо захлопнул ноутбук и полез под одеяло.
Я уже раскрыл рот, чтобы назвать его полным именем, но вдруг понял, вина Ивана — минимальна. Виновата, конечно же - его властная мамашка. Она забила сына, подавила его волю, превратила в безынициативного раба. В отрыве от мамаши этот маменькин сынок ищет себе госпожу.
Сейчас ему 33. Что будет с ним в дальнейшем — легко представить. Он никогда не женится. А если и найдет жену, то непременно такую же властную, как и мать. Со всеми остальными женщинами "не сойдется характерами". А когда мать умрет — горе будет безутешным. Обливаясь горючими слезами и катаясь в ногах у генетиков, Иван будет умолять воссоздать мать по геному из пучка крашеных волос, трепетно хранимых в ладанке у самого сердца. И в конце концов — воссоздаст!
Если у Вас иное мнение, и Вам кажется, что Иван не безнадежен — могу дать его телефон. Тем более на обратном пути в Москву Иван признался, что мать озабочена холостым положением сына и сама ищет ему невесту. Правда безуспешно пока...

БОЛЬШЕ ЧЕМ ЖДЕШЬ
dorogapodlunoj
Мне позвонила Анастасия Соловьева и потребовала ни много ни мало:
— Продиктуй скорей пароль от твоего блога!
— ?..
— Не волнуйся, ничего не сотру...
— Тогда зачем?
— Хочу написать!
— Что?
— Кой-что! И пару слов некоторым твоим комментаторшам!
— Но ведь...
— Ты столько накатал про меня! Должна быть справедливость или нет?! Диктуй пароль...
В общем, пароль я дал — и под катом пост, написанный Анастасией Соловьевой, с ее фоткой, соответствующей моменту истины.
ЧИТАТЬCollapse )

КОГДА РЕШИМОСТЬ ВОЗНАГРАЖДАЕТСЯ
dorogapodlunoj
Я написал несколько постов о Анастасии Соловьевой, но без ее согласия и ведома. Некоторые мои френды настоятельно советовали мне познакомить Анастасию с публикациями о ней. Я и сам собирался сделать это, лишь ждал подходящего случая. И вот момент настал — я познакомил... Результат превзошел ожидания!.. Дело было так.
Минувшим вечером мы встретились с Анастасией и заехали поужинать в ресторан. Нам было весело — ничто не предвещало осложнений, и когда Анастасия спросила:
— Как день прошел? - я понял, что пора. Ни слова не говоря, я вытащил нетбук, зашел в свой блог и повернул экран к Анастасии.
— Что это?.. - улыбнулась она.
— Прочти!..
По мере вчитывания, улыбка сползала с ее губ. Дочитав до конца, она удивленно посмотрела на меня. Мне бы остановиться, но вместо этого я перелистнул страницу:
— И вот еще!
Анастасия углубилась в чтение. В посте говорилось о том, как мы встретились в арт-галерее, но свидание было коротким — Анастасия вскоре уехала по делам благотворительности. И только! Казалось бы, что здесь такого?! Но когда Анастасия подняла глаза — они были темны. Наверное еще не поздно было прекратить чтения, но я открыл зачем-то третий пост. Это была роковая ошибка!
В посте я описал, как Анастасия пригласила меня к своим друзьям, а после вечеринки мы неожиданно отправились вдвоем на ночь глядя в Углич.
Я ожидал всего, возможно, что она попросит убрать пост или переписать концовку... Но вместо этого... Анастасия вдруг с силой захлопнула нетбук!
— Не ожидала!.. Прощай! и... - стремительно, почти бегом, вышла из ресторана. В окне я видел, как она торопливо уселась в машину и газанула на красный свет. Так ей стало мерзко от моих постов!
Мне хочется спросить — неужели это нормальная реакция нормального человека?! Неужели, прочтя о себе — Вы отреагировали бы так же?! И разорвали бы всякие отношения с написавшим?!.. Не могу поверить в случившееся!..

БИОГРАФИЯ АНАСТАСИИ СОЛОВЬЕВОЙ, РАССКАЗАННАЯ МНЕ НА НОЧНОЙ ТРАССЕ МОСКВА-УГЛИЧ
dorogapodlunoj
Публикую биографию без согласия Анастасии. Она не знает, что ее ночной рассказ стал достоянием гласности.
— Родилась я в Москве. После школы уехала в Петрозаводск, поступила там в университет и целых шесть лет изучала финскую филологию...
— Оригинально...
— У меня была подруга, финка, из Петрозаводска. Познакомились мы с ней летом, в Подмосковье, на даче друзей моей мамы. Звали ее Марта. Было нам тогда по пятнадцать лет. После того лета Марта часто писала, звала в гости, расхваливала местный университет и даже предлагала вместе поступать... Ехать туда учиться, конечно, я в мыслях не имела, но в нашей семье произошло событие. Оно-то и подтолкнуло меня к этому оригинальному шагу.
— Если не секрет...
— Не секрет. Мы жили без отца. А тут мама познакомилась с дядей Сашей. Такое и раньше с ней случалось, но дядя этот не на шутку окопался в нашей квартире. Придешь из школы, мать на работе, а дядя Саша дома сидит и за отсутствием матери — клеится ко мне. Клеился конкретно! Вечером приходила мать, подозрительно всматривалась в меня, в него. Стала придирчивой, срывалась на меня по пустякам. Я и уехала. Мать не сильно сопротивлялась моему отъезду.
На третьем курсе я познакомилась с Максимом. Он был старше на пять лет, закончил универ, и к тому времени был вполне самостоятельным человеком, имел квартиру в Петрозаводске. Я влюбилась в него без памяти. Мы вскоре поженились, через два года у нас родилась Полина.
Я сидела с ребенком, муж зарабатывал деньги. Неплохие деньги, между прочим, но когда понадобилась операция — их не хватило.
— Какая операция? Кому?
— Мужу! Все началось со странной сонливости. Болезнь быстро прогрессировала. Ни с того ни с сего он стал все забывать. Его обследовали, оказалось: аневризма сосудов головного мозга. Грозил паралич и даже смерть. Срочно нужна была операция, но стоила она громадных денег. В Петрозаводске я никого не знала. Как сумасшедшая металась среди его друзей, знакомых. Кто-то что-то дал, но это были крохи. Максим умер...
Я не могла там оставаться! С двухгодовалой Полей мы вернулись в Москву. Но жить в Москве нам было уже негде. Дядя Саша к тому времени стал законным мужем и поселил у нас все свое семейство.
— Семейство?
— Сына из Белоруссии привез, тот вскоре женился на женщине с ребенком. Была еще третья комната — моя. Но в ней обосновалась сестренка дядя Саши. Она торговала белорусским трикотажем, моталась туда-сюда, комната была завалена тюками. Сам дядя Саша по-прежнему попивал и ничего не делал.
Мама встретила нас тепло, но она уж не была хозяйкой в доме.
И мы с Полиной переехали в съемную комнату. С деньгами тоже начались недетские проблемы. Мать помогла лишь с переездом.
Финский язык в Москве был нафиг никому не нужен. За четыре года я поработала официанткой, няней, гувернанткой... О, это было время исканий, громко сказано, конечно. Но я много передумала и поняла. Не поверишь: брала уроки живописи! Написала роман. Отослала его в редакцию, забыла о нем. А редакция одобрила.
— Как назывался?
— Роман? «Дом, в котором ты живешь». Тогда я работала в частной школе-пансионе. Школа терпела убытки, была на грани закрытия, и поэтому непрерывно искала спонсоров. И эта «почетная» миссия была поручена мне. Спонсоры находились, помогали кой-чем, и это давало школе возможность держаться на плаву. В школе был большой недобор учащихся, пустовало много помещений. Зато мне предоставили жилье. В моем положении, согласись — это много значило!
И вот однажды я вышла на один благотворительный фонд. Находился он в Швейцарии и обещал нам реальную помощь. И действительно помог... Но чем бы ты думал?!..
Они прислали специалиста по компьютерной безопасности!.. Нам этот специалист был нужен как воздух!.. Приезжал он несколько раз, все очень серьезно исследовал. Звали его Иероним. Он всегда очень галантно приглашал меня в хороший ресторан, но только для того, чтобы поговорить о деле. А когда был в последний раз, вдруг предложил мне выйти за него замуж. Я-то уж догадывалась об этом конечно. В Швейцарию мы уехали вместе.
Но теперь я точно знала, чем буду заниматься в Швейцарии. Благотворительностью! Ах, как она бывает необходима. Я всегда помнила и не забуду никогда умирающего Максима. Если бы тогда нашлись деньги!.. Про фонды с благотворительностью я и не помышляла. Зато теперь!..
Иероним свел меня с нужными людьми, я стала сотрудницей фонда. По делам фонда изредка бывала в России. Потом мои поездки стали чаще. И постепенно я как бы вернулась в Россия. Я поняла — мое место тут! Здесь моя почва. А в прошлом году я и дочь сюда перевезла. Пять лет там прожили...
— А Иероним?
— Он остался в Швейцарии! Его менталитет я так и не смогла принять. Но мы сохраняем дружеские отношения, при этом у него — своя жизнь, у меня, как видишь — своя!..
Мы въехали в город. Анастасия замолчала, напряженно всматриваясь в указатели улиц, но чувствовалось, что она продолжает переживать свое прошлое.
— Мне не понятны люди, - вдруг сказала она, - у них давным-давно все перегорело и остыло, а они живут, живут и живут вместе! Ну зачем?..
Я не нашелся, что ответить...

ВСЕ В ВАШИХ РУКАХ
dorogapodlunoj
Когда произошла первая атака на ЖЖ 30 марта, Навальный сам признался, что атаковали именно его. Под удар кстати попал и проект Навального "РосПил", что подтверждает сказанное Навальным.
Эксперт «Лаборатории Касперского» Мария Гарнаева написала в своём блоге, что целью хакерской атаки был дневник Алексея Навального, известного борца с коррупцией.
Теперь атаки стали регулярными, грозя окончательно развалить ЖЖ. Коррупция в России была, есть и будет. Но ЖЖ может и не быть. Поэтому предлагаю добиться удаления Навального из ЖЖ! Только так мы спасем ЖЖ от потопления...

ВКУС ДРУГОГО ИЗМЕРЕНИЯ
dorogapodlunoj
Нескладный вечер среды завершился для меня феерически! Анастасия Соловьева пригласила меня к своим друзьям на вечеринку.
— Не опаздывай только, - предупредила она на прощание.
Но я опоздал по-крупному: после работы пришлось заехать домой переодеться, потом я угодил в пробку. В общем, когда я вошел в квартиру, веселье было в разгаре. Посреди гостиной тянулся фуршетный стол. В воздухе гудел гул голосов. Казалось, только что закончилась какая-то презентация. Не так я представлял встречу ее близких друзей. Но главное — среди присутствующих я не мог отыскать цели своего визита — Анастасию.
Она первой увидела меня.
— Пошли скорей — тебя надо представить! - она схватила меня под руку и повлекла за собой.
— Знакомимся — это Леша, это Макс!.. - она буквально пихнула меня в объятия двух мирно беседующих господ. - Паша, займите молодого человека!..
— А ты куда?! - я испугался, что Анастасия вновь исчезнет.
— Дела, Леш, - с этими словами она растворилась в весело гомонящей толпе. Вот так!
— Предлагаю тогда, - Макс отставил бокал белого вина, который он крутил в руках, - пойти покатать шарики.
Мы ушли в дальнюю комнату. Тут стоял бильярдный стол и несколько стульев у окна. Макс выставил на зеленое бильярдное сукно три хрустальных стаканчика и плеснул туда виски.
Мы выпили молча, не чокаясь.
— Сыграем? - предложил Паша.
— Давайте, - согласился я, прислушиваясь к шуму голосов из гостиной. Казалось, что там уже нет Анастасии, она улетела по своим неотложным делам.
Потом я играл с Максом. В гостиной хлопали пробки шампанского, кто-то шумно прощался. Мне слышался голос Анастасии. Она уходит, превозмогая душевную тугу, соображал я.
Я обыграл Макса, и мы опять играли с Пашей. Макс время от времени плескал в наши стаканы виски. Мы молча, без тостов не чокаясь, пили.
Паша сосредоточенно долго ходил вокруг стола, выбирая позицию. В зале опять кто-то начал прощаться, и мне вновь показалось, что это — Анастасия.
Я пробил верный шар, висящий над лузой, но... промахнулся. Паша удовлетворенно крякнул и принялся натирать свой кий кусочком мела.
Голоса в гостиной окончательно стихли, и казалось, что там не осталось никого. Теперь я был уверен: она давным-давно уехала. И вдруг!.. В нашей задымленной бильярдной появилась Анастасия!
— Леша, мне нужно срочно ехать в Углич...
— По делам благотворительности?
— Да. Там забронирована гостиница. Так не хочется одной... Поехали вместе? Погуляем по городу...
— Но я выпил...
— За рулем — я! И ехать нужно прямо сейчас...
Я аккуратно прислонил кий к стене, тепло простился с господами, и мы с Анастасией Соловьевой отправились в ночь, в конце которой нас ждала маленькая уютная гостиница на высоком берегу Волги...

МОЯ ВСТРЕЧА С АНАСТАСИЕЙ СОЛОВЬЕВОЙ
dorogapodlunoj
— Я уже в Москве... - она позвонила, как раз когда я сидел у шефа в кабинете. - Мы могли бы встретиться!
— Давайте, Анастасия! - зашептал я, косясь на шефа.
— Алексей!.. - повысил голос шеф, заметив у моего уха телефон. - Мне нужны сведения по всем сотрудникам!
Я закивал, но телефон отнять от уха был не в силах.
— Можно прямо сейчас, - продолжала между тем Анастасия. - Сегодня последний день выставки, а я еще не была. Давайте сходим?
— Материалы должны лежать до вечера — вот тут! - шеф похлопал по столу, с нескрываемым раздражением глядя на мой телефон.
Через час в галерее актуального искусства я встретился с Анастасией Соловьевой.
Мы шли вдоль нескончаемого стенда с фотографиями. Она, легонько взяв меня под локоть, отпускала замечания. А я слушал и любовался ею: белый кружевной воротник красиво оттенял черные блестящие волосы, жемчужные бусы подчеркивали изящество шею.
У одной фотографии мы остановились. На ней старый крестьянин растирал жилистым кулаком слезы на щеках.
— Вот поэтому я и занимаюсь благотворительностью, - вздохнула Анастасия. — Мы помогаем никому не нужным старикам. Люди всю жизнь работали на государство, а теперь стали не нужны. Ты думаешь, куда я так поспешно летала, вместо того, чтобы посидеть с тобой в ресторане? В Швейцарию! По делам благотворительного фонда. Хотя ни на фонд, ни на Швейцарию они не работали ни дня!..
Она бегло взглянула на часы:
— А ты не хочешь поесть? Здесь неплохое кафе с авторской кухней.
В арт-кафе мы оказались единственными посетителями, поэтому заняли лучший столик.
— Теперь расскажи, - попросил я, - как ты пишешь.
— Как я пишу? - немного озадаченно улыбнулась она. - А что тебя интересует?
— Ты ведь немало написала книг. Откуда черпаешь сюжеты? Есть что-то автобиографическое? Я прочел три твоих романа...
— О-о! - засмеялась она. - Какие же?!
— "Квартира со всеми неудобствами", "Похождения соломенной...
— ...вдовушки", - шутливо подсказала она. - Леш, это не автобиографии! Но я пишу о людях, которых знаю. С некоторыми до сих пор поддерживаю теплые дружеские отношения.
— А вот Аделаида из "Квартиры с неудобствами"?..
— Она тебе понравилась?! Тогда мы можем сходить к ней в гости. Хочешь? Только зовут ее немножко по-другому. Ничего?
— Пусть. Когда идем?
— Так-с... надо прикинуть... - Анастасия задумалась, глядя в окно, но тут у нее заиграл сотовый. Она поспешно выхватила его из сумочки.
— Извини, Леш, но за мной приехали. Все с тем же фондом... остались нерешенные вопросы. Деньги не должны уйти в руки чиновников. А то все пойдет прахом...
Она торопливо допила сок и ушла, едва кивнув мне на прощание. Я понимаю, благотворительность — вещь, безусловно, нужная. Но чиновники — однозначные гады...

ПРИКОСНОВЕНИЕ СТИЛЯ
dorogapodlunoj
Припарковавшись у роскошного ресторана и волнуясь как школьник, я вылез из машины. В ресторане у меня было назначено первое свидание. И с кем? Не просто с очаровательной женщиной. В самый последний миг, уже собравшись на свидание, я вдруг узнал, что Она еще и — писательница!
Страшно боясь опоздать, я все же сделал крюк, заехал в книжный магазин и купил один из ее романов — «В поисках утраченной близости». Останавливаясь на светофорах, я судорожно листал страницы, пытаясь осмыслить текст, но мне это удавалось с трудом: «Ничего особенного, Алка, в нем не было! Но когда наши взгляды встретились — я вздрогнула.
Вздрогнула… и пошла дальше. Не так нас воспитывали, чтоб посреди гостиницы на шею вешаться мужикам… Он у лифта догнал меня, молча со мной на этаж поднялся. И в номер вошел. Но все молча, молча…
— Представляешь, я только утром узнала, что он по-русски не говорит!
— А как же вы?..
— Молча! Но так мне никогда не было ни с кем! Такого понимания, близости, нежности...
»
Я пытал составить хотя бы общее впечатление от текста, но у меня и это не получалось.
«Завернувшись в черную шаль, я ходила взад-вперед по комнатам, поскрипывая старым дубовым паркетом. Останавливалась и придирчиво вглядывалась в свое отражение в зеркале. Черный цвет определенно был мне к лицу. Он благородно оттенял светлые длинные волосы и серые глаза. Самой себе я казалась стройней, умней и значительней... У этой молодой своеобразной женщины богатый внутренний мир! В ее глазах глубина и какая-то тайна.
Да, мне это прекрасно удается изобразить. Хотя вы сами знаете, какие мои тайны.
Из-под шали видна светло-серая блузка. Она дает впечатление нарядности и сдержанности одновременно. Было бы романтичней сейчас надеть длинную черную юбку, но, во-первых, у меня ее нет. А, во-вторых – довольно стройные ноги незачем скрывать. Согласны со мной?
Ровно в 19-00 раздался звонок в дверь. Идут!..
»
Швейцар распахнул передо мной тяжелую дверь, и я оказался в ослепительно белоколонном вестибюле. Я потерялся, отразившись в тысячи зеркал. Но тут я приметил, что ко мне направляется серьезный господин в сером костюме.
— Алексей Бехтерев? - с хода ошеломил он меня.
— Да... - признался я.
— Анастасия просила передать, что сегодня ее не будет.
Не дожидаясь ответа, отутюженный господин показал свой идеально стриженный затылок и не спеша двинулся прочь.
Я ехал домой, чувствуя усталость, сколько сил унесло это несостоявшееся свидание, как вдруг у меня заиграл сотовый. На экране горел незнакомый номер. Не ожидая ничего доброго, я взял телефон и услышал... Ее голос:
— Алексей, я очень извиняюсь за испорченный вечер, мне срочно пришлось вылететь из Москвы. Но через три дня я к вашим услугам!
У меня вмиг поднялась температура и учащенно забилось сердце.
Я пробормотал что-то невнятное.
— Вот и чудесно! - засмеялась Анастасия. - Можно встретиться там же. Или хотите — где-нибудь еще...
Я скомкал ответ и, кажется — не сказал ничего определенного. Наверное был прав отутюженный господин, хмыкнув мне на прощание? Чувствовать себя золушкой — мало приятного...

ПРИШЛО ВРЕМЯ УЗНАТЬ ПРАВДУ
dorogapodlunoj
Кто напал на нас в 1941 году?
Ответ в ролике:


ЗИГЗАГ НЕУДАЧИ
dorogapodlunoj
С этой странной и несчастной женщиной я познакомился вот при каких обстоятельствах.
В минувшее воскресенье меня занесло в подмосковный городок. Управившись с делами, я уже забрался в машину, включил двигатель, как дверь дома напротив распахнулась, и из нее вышел Игорек. С Игорьком мы учились в универе, но друзьями не были никогда. Он быстро шагал, комкая в руках целлофановый пакет. Я посигналил ему.
— Ба! Вот Господь-то сподобил! – мгновенно просиял Игорек. – Какими ветрами тебя занесло, брат Алексей, в наши недостойные края?
Игорек был верующим и говорил поэтому выспренним штилем.
— Сейчас матушка моя вернется со службы, - торопливо перекрестился Игорек. - Я-то был на ранней. Прихожу домой, а меня словно в бок толкает кто: поди в “Копеечку” хлеба купи земного. Я открываю холодильник: и точно! Сейчас, думаю, матушка явится, она у нас сегодня причастница, сядем разговляться, а хлеба может не хватить. Вот я и выскочил за хлебом в “Копеечку”. А тут смотрю: брат Алексей около нашего подъезда сидит. Вот утешение-то, Господи!
Игорек радостно перевел дух и продолжал:
— Брат Алексей, если ты никуда больше не спешишь, окажи нам божескую милость. Смиренно прошу тя разделить с нами воскресную трапезу. И почтить своим присутствием наш скромный дом. Если ты не против, давай только дойдем до “Копеечки”... Слышишь, колокола звонят?! Значит, служба уже отошла, и матушка моя сейчас будет здесь!
— А ты живешь с матушкой? – поинтересовался я, когда мы двинулись к магазину. Под “матушкой” я предполагал мать Игорька. На самом же деле матушкой, как вскоре выяснилось, он именовал свою супружницу.
Квартира Игорька, своими размерами и несметным количеством разнообразных икон, походила больше на часовенку.
Не успели мы порезать купленный хлеб, как в прихожей раздался звонок, напоминающий колокольный трезвон.
— Вот и матушка пожаловала! – просиял Игорек и бросился отворять.
В коридоре послышались оживленные возгласы. В первый момент мне почудилось, что его матушка говорит двумя разными голосами. Крепким сопрано она за что-то журила супружника, зато бархатистым грудным контральто тут же урезонивала себя и отпускала какие-то шуточки.
Недоумение мое быстро прояснилось. Оказывается, матушка привела разделить воскресную трапезу свою приятельницу, с которой они посещают службы в местном приходе.
Первой в комнату вплыла, отдуваясь и вытирая тыльной стороной ладони испарину со лба, Игорева супружница. Дородная, в широком нарядном платье, рядом с хлипким Игорьком она и впрямь смотрелась настоящей матушкой.
— Марина, – благосклонно осматривая меня, отрекомендовалась она. – Игорь про вас рассказывал.
Следом за ней в комнату проскользнула матушкина приятельница. Она показалась мне невзрачной как тень: невысокая и худая, в черном с коричневыми вставками платье и в черных больших бусах, похожих на четки Серафима Саровского.
— Ольга, – представилась она. – В святом крещении Ирина.
— Переменить имя Ольгу благословил отец Николай, – заметив мое удивление, пояснила матушка Марина, вынимая из серванта посуду.
— Отец Николай – это местный батюшка, настоятель тутошнего храма, – внес окончательную ясность Игорек.
— …чтобы Ирина вместе с прежним именем, – продолжала матушка, гремя тарелками, – отринула прежние навыки и привычки.
— Меняя имя, – вставила сама Ольга-Ирина, помогая матушке сервировать стол, – мы меняем судьбу!
Ольга-Ирина находилась в непрерывном движении, ее руки молниеносно сновали, расставляя столовые приборы и раскладывая вилки и ножи.
Лицо ее тоже было очень подвижным, выражение его все время менялось. И вообще: о нем нельзя было сказать ничего определенного. Вначале, когда только Ольга-Ирина вошла в комнату, ее лицо показалось мне неинтересным и даже дурным, теперь же, в динамике, оно заметно преображалось.
— Сегодня, братья и сестры, знаменательный день! – торжественно заявил Игорек, когда все расселись. – Господь чудесным образом собрал нас вместе. А где двое или трое собраны во имя Мое, там и Я буду посреди них. Давайте же выпьем этого освященного вина, кагора!..
Все выпили.
Ольга-Ирина теперь спокойно сидела за столом, но по-прежнему казалась неуловимой и непонятной.
Эта непонятность нервировала меня. Странная женщина, думал я, с нарастающим любопытством наблюдая за Ольгой-Ириной.
Невозможно было наверняка определить ее возраст. Она попеременно казалась то миловидной девушкой, то уже повидавшей виды женщиной далеко за тридцать. Более того! По первому впечатлению я счел ее темной шатенкой с карими глазами, теперь же, за столом, она вдруг сделалась золотисто-русой. И глаза ее стали серыми.
Когда трапеза подошла к концу, и женщины ушли на кухню с грязной посудой, а мы с Игорьком остались одни, я заметил:
— Какая странная у вас приятельница.
— Не странная, - поправил меня Игорь, - а несчастная!
Он собрался было пояснить свою мысль, но в коридоре послышались шаги. Игорь торопливо умолк. В комнате появилась матушка.
— Я брату Алексею рассказываю про Иру! - зашептал Игорек.
Матушка, воровато зыркнув на незакрытую дверь, вдруг жутко округлила глаза:
— Вы себе даже представить не можете! Во-первых, у нее...
Но тут раздались торопливые шаги — матушка стремглав кинулась к серванту. В комнату вошла Ольга-Ирина с чайником. Я ждал, что она сейчас уйдет, и матушка продолжит свой рассказ. Но Ольга-Ирина не ушла.
Из гостеприимного дома мы вышли вместе.
— Ну, брат Алексей... - улыбнулась Ольга-Ирина, когда мы вышли на улицу, - давайте прощаться.
Я пожал протянутую руку, но неожиданно мы разговорились.
— У меня муж, - торопливо, словно боясь, что ее перебьют, заговорила она. - Он — военнослужащий, майор, учится в академии. Ботан и психопат, ревнует меня даже к подругам, устраивает скандалы... То есть раньше устраивал...
От безысходности Ольга-Ирина начала знакомиться по интернету, просто так, чтобы скрасить время. Но один из френдов вдруг прибыл в Москву. Они встретились и... сошлись. Когда у френда закончился отпуск, он принялся настойчиво звал ее с собой. И Ольга-Ирина, недолго поразмыслив, решила не возвращаться к опостылевшему мужу. Она уехала с френдом в Смоленск. Но туда стали приходить слезные телеграммы. Муж готов был все отдать, лишь бы Оля вернулась. Она игнорировала его, покуда крепко не поссорилась с френдом и тогда, поддавшись уговорам мужа, вернулась в Москву.
— А в Москве выяснилось, что я беременна. И неизвестно от кого.
— И хорошо, - сказал муж тогда, - я люблю тебя, Оля, а значит люблю твоего ребенка.
Но любовь была недолгой. Прошло два года с небольшим, и скандалы возобновились с чудовищной силой. Вскоре Ольга-Ирина устроила дочку в сад и сама устроилась туда же воспитательницей.
— Приближались новогодние праздники. Наш небольшой коллектив отправился на проводы уходящего года в ресторан.
И в этом ресторане, что называется — запал на нашу Олю испанский бизнесмен. Он торговал оливковым маслом и в Москве бывал часто. Они встречались, чудесно проводили время. В очередной свой приезд он принялся буквально умолять Олю стать его женой.
— На коленях стоял. А отношения с мужем сделались к тому времени просто невыносимыми. Как-то вечером муж устроил очередную бучу. Я, ни слова не говоря, подхватила Аньку — и на выход. Но в Испании, увы — мы прожили недолго...
О бизнесмене вскоре по приезде выяснились неприятные подробности.
— А ваш муж, - уточнил я, - как отнесся к вашему исчезновению?
— Перед самым вылетом я позвонила и все рассказала ему. Где я и с кем. Чтобы он меня больше не искал, забыл.
— И он забыл?
— Какой там! - горько рассмеялась Ольга-Ирина. - Он каждый день звонил и плакал в трубку. С испанцем было все плохо... И я решила вернуться.
А в аэропорту ее ждал сюрприз!
— Он меня встретил. Даже в щечку поцеловал, - усмехнулась Ольга-Ирина. - Потом взял на руки дочку, аккуратно усадил ее на заднее сиденье. А далее — захлопнул перед моим носом дверь. И был таков!..
С тех пор прошло три месяца. Ольга-Ирина снимает квартиру в подмосковном городе, сменила имя, посещает воскресные богослужения в местном храме, но все эти меры пока результатов не дали. Майор по-прежнему не хочет видеть беглую жену и не подпускает ее к дочке.
— Как жить?!.. - на глаза Ольги-Ирины навернулись слезы.
Я обещал поговорить с ее мужем. Наверное зря...

НАДО ЧАЩЕ ВСТРЕЧАТЬСЯ
dorogapodlunoj
Меня пригласила в гости одноклассница Ирина (о которой я писал в предыдущих двух постах). На часах было начало десятого, когда я коротко позвонил в ее дверь. Однако Ирина не спешила открывать.
Я еще раз нажал кнопку звонка и прислушался. За дверью стояла нерушимая тишина.
Может быть, Ирина не дождалась меня и уснула? Или ее нет дома?..
Но тут в квартире послышались шорохи и торопливые шаги, будто пробежали босиком. За дверью кто-то вздохнул. Я приготовился к встрече… Но осторожные шаги смолкли, и я продолжал стоять перед закрытой дверью.
Странно... Или она просто не хочет открывать?..
Я собрался уже идти назад, как дверь неожиданно распахнулась. На пороге стояла встревоженная Ирина. Ни слова не говоря, она ухватила меня за рукав и потянула в темноту коридора.
Я попытался сказать что-то веселое, но горячая ладонь Ирины легла на мои губы.
– Тихо… – шепнула она.
Я послушно затих в предвкушении чего-то необычного.
– Только тсс… – повторила Ирина и неожиданно втолкнула меня в темную кухню, прикрыв за мной дверь.
Я остался один посреди кухни, слушая глухие удары своего сердца. За окном горел уличный фонарь. Его мертвенный белый свет лежал ломаными квадратами на полу и стене. Оплетенная бутыль домашнего вина громоздилась на столе, отбрасывая черную тень к моим ногам.
Из комнаты донеслась какая-то возня, потом я услышал приглушенный Иринин вскрик.
Она не одна, понял я, там кто-то есть!
В следующую секунду дверь неслышно отворилась, и на кухню проскользнула Ирина. Не включая свет, она распахнула форточку и, присев на подоконник, закурила.
– Леш, сядь, пожалуйста, – сказала Ирина, судорожно выдыхая дым. – Нам нужно поговорить.
Я опустился на табурет.
– Не знаю, с чего начать, – она нервно затянулась.
– Там… – я кивнул на закрытую дверь, – …кто-то есть?..
– Да, – отчетливо выговорила Ирина. – Там мой сын. Глеб. Я тебе говорила о нем. Ему шесть лет. Умный мальчик, читать-писать умеет. Но есть у него один пунктик… Вот об этом я и хочу поговорить …
Она тщательно затушила окурок и тут же принялась разминать другую сигарету.
– Глеб слышал твои шаги, – Ирина многозначительно уставилась на меня.
– И что теперь?
– Понимаешь, Леш… буду с тобой откровенна. От нас папа ушел, когда Глебу не было и года. Но он запомнил отца. И когда немного подрос, начал меня непрерывно канать, спрашивать: а где папа?.. Где наш папа?..
Что я могла ответить? Что наш папа теперь живет на Павелецкой, в получасе езды отсюда, с другой женщиной?.. И у них свои дети, а мы ему больше не нужны?
Вот я и придумала историю, будто наш папка моряк, плавает в далеких и теплых морях, открывает новые земли. История достаточно банальна, но… – Ирина зажгла вторую сигарету и, затянувшись, продолжала:
– Глеб удовлетворился моим объяснением, но ненадолго. Он пошел в садик и там дети во главе с воспитательницей подняли его на смех. Прихожу забирать его, а он весь в слезах. “Где наш папа?!” – навзрыд кричит бедный ребенок. Подожди, ну, подожди, мальчик мой бедненький, не знаю как утешить его, папа должен уже скоро вернуться.
И Глеб теперь каждый вечер неизменно справляется у меня: сегодня? Да? сегодня?.. Он почему-то уверен, что папа вернется из дальних странствий поздним вечером. И как только наступает вечер… Ох, я не знаю, куда глаза девать, куда самой деться от его приставаний.
Лишь заслышит мужской кашель на лестнице – папа?! Это папа? Это не папа?.. И вот звонок в дверь!.. – Ирина опять выжидающе посмотрела на меня. - Пришлось, Леш, ему сказать, что наш папочка, наконец-то, приехал. И я очень, очень прошу тебя, Леш... Не дай разувериться несчастному мальчику! Много ли ему, бедному, надо. А потом я скажу ему, что ты опять уплыл на своем железном корабле в далекую страну.
– Где Глеб сейчас? – спросил я для чего-то.
– В моей комнате. Ждет, затаив дыхание, твоего выхода. Ну что, пошли?..
– Подожди. Стой… Как мне вести себя?
– Как и подобает отцу, – улыбнулась Ирина и выкинула недокуренную сигарету в форточку. – Улыбнись ему: здравствуй, Глеб. Вот я и вернулся. Я неимоверно, скажи, соскучился по вам с Ирой. Возьми с собой бутылек, – она двинула ко мне оплетенную бутыль. – Для правдоподобия. Пошли скорей, а то бедный мальчик заждался. Ты не волнуйся. Глеб увидит тебя, успокоится и скоро уснет.
– Плохой из меня актер, – вздохнул я, пододвигая к себе бутыль.
– Уж, как получится, Леш. Идем!
Ирина распахнула дверь перед мной, и я, держа наперевес оплетенную бутыль, выступил из кухни.
Посреди комнаты тихо и испуганно стоял мальчик в трусиках и белой маечке.
Подталкиваемый Ириной я приблизился к нему.
– Ну, здравствуй, Глеб. Вот я и вернулся, – произнес я раскатистым трубным голосом, как и подобает говорить смелым путешественникам, привыкшим перекрикивать завывание ветра в оледенелых снастях. – Как давно я вас, родные мои, не видел.
Мальчик стоял как вкопанный, не спуская с меня восторженно пугливых глаз.
– Я невероятно по вам обоим соскучился. По тебе, Глеб. И по нашей маме Ире, – продолжал я, невольно сбиваясь на тон Деда Мороза и одновременно испытывая приступ жалости к этому одинокому напуганному мальчику.
– Поцелуй ребенка-то, – шепнула Ирина, кладя руку ему на плечо. – Столько лет ты не видел сына. Смотри, как он вырос.
Я наклонился над мальчиком и неловко поцеловал его темя.
– Не так! – засмеялась Ирина. – Не можешь никак поверить, каким сын твой стал?!.. Почти взрослый уже.
Я неуклюже поцеловал оцепеневшего Глеба в щеку.
– А теперь меня! – смеялась Ирина. – Мы с тобой тоже долго не виделись.
– Постой-ка… – пробормотал я, изумляясь такому напору.
– Чего же мне ждать теперь?! Я ждала тебя всю жизнь, – она обвила мою шею руками и притянула к себе.
Я увидел вблизи ее взволнованное лицо, широко раскрытые глаза и поцеловал нежную влажную щеку.
– Как мы тебя ждали! – шептала Ирина, лаская мой затылок и шею. – Правда, Глеб?
Я потерял равновесие и, чтобы не выронить бутыль, невольно обнял Ирину за талию.
– Мы сейчас бутылку с тобой грохнем, – Ирина смеялась мне в самое ухо. Ее горячее дыхание щекотало и волновало меня.
– Глеб, ты только глянь, каким наш папа неотразимым приехал! Сразу видно – много повидал удивительного. Не то, что мы с тобой, да, Глеб? – хохотала она, и чуть отстранившись, рассматривала меня, правдоподобно восторгаясь моим сногсшибательным видом. – Как ты, дорогой наш, обветрился. А загорел-то как!..
Глеб робко кивал. Он словно оттаивал, и на лице его проступала слабая тень улыбки.
Я обманывал Глеба, и от этого жалость к нему становилась тяжелей и безысходней. От восторженной доверчивости, которой светились его тихие глаза, можно было заплакать. Хотелось погладить его по головке, взять на руки, сказать что-то действительно ласковое и доброе, что сказал бы истосковавшийся по сыну отец.
– Ой, а что же мы стоим?! – Ирина словно опомнилась и слегка подтолкнула меня. – Нужно скорее отпраздновать долгожданную встречу. Да, Глеб? Неси скорее три стаканчика.
Глеб кивнул и остался стоять на месте.
– Ребенку-то зачем? Вино же, – воспротивился я.
– Ничего, мы ему разбавим водой. В Осетии, где варганят это самое вино… – она осеклась, посмотрела на сына и прыснула со смеху. – …детям наливают. Тем более сегодня такой день! Я сама принесу сейчас.
– И сыр захвати, – крикнул я ей вдогонку.
– Есть захватить сыр, мой капитан, – бойко откликнулась она из коридора.
Мы остались один на один с Глебом. Я присел около мальчика, взял его руку.
На кухне Ирина хлопала холодильником и звенела посудой.
– Ну что, брат?.. Как поживаешь?.. И вообще как?..
Мальчик жиденько улыбнулся.
– Ясно, – вздохнул я. – Не сладко. А кому сейчас сладко? Вот и мне, думаешь, очень хорошо было без вас?.. Нет, Глеб. Я все время скучал по вам с мамой. И думал: как там наш Глеб?
Мальчик кивнул.
– А тем временем, пока я исследовал новые земли, Глеб-то наш уже совсем вырос. Любишь мамку?.. Я тоже ее очень люблю...
– Идиллическая картина беседы сына с отцом! – появление Ирины наполнило праздником померкшую, было, комнату. Она осторожно несла, прижимая к себе, тарелки, вилки, ножи, штопор, стаканчики. – Мужчины, помогите же мне! Глеб, придвигай столик к дивану. Сейчас будем праздновать возвращение нашего любимого человека!
Когда я бережно принимал посуду из ее рук, Ирина весело и хитро подмигнула, кивнув на Глеба, мол, мальчик в полной уверенности, что ты его отец – все отлично.
Я откупорил бутыль и принялся крупными шматами нарезать сыр. Ирина умчалась на кухню за минералкой для Глеба. Сам Глеб теперь стоял рядом, благоговейно внимая моим действиям.
– Лешенька, плесни-ка нам вина, – она появилась в комнате с запотевшей бутылкой нарзана, и вся комната опять наполнилась радостью и светом.
Я присел на диван. По правую руку от меня опустилась счастливая жена, по левую – Глеб.
– Давайте выпьем за долгожданную встречу, – сказала Ирина, подняв стаканчик. – Мы все, чего греха таить, истосковались друг по другу. И вот теперь-то, наконец, мы вместе!
Она чокнулась со мной. Глеб вдруг всхлипнул и заплакал.
– Глеб?!.. – Ирина удивленно посмотрела на сына. – Почему слезы?.. Дорогой наш папочка здесь, с нами. Посмотри же скорей!..
Она нежно обняла меня за плечи.
– Чего же плакать, сынок? Все в прошлом. Вот же наш долгожданный человек.
Мальчик поднял на меня глаза, полные слез. Ирина шепнула, тесней прижимаясь ко мне:
– Радуйся встрече, дорогой мой.
– Мы вместе, – прохрипел я. – Нам нечего больше хотеть… – и вдруг, обняв Ирину, принялся покрывать ее лицо поцелуями.
– Вот как… – тяжело дыша, произнесла Ирина, неопределенно улыбаясь. – Голова даже закружилась. И пить хочется. Леш, налей еще…
Глеб положил руку на мое колено и так сидел неподвижно.
Я дрожащими руками принялся наклонять бутыль, чтобы налить вина.
– Глеб, тебе пора спать! – грудь Ирины взволнованно поднималась. – Иди уж к себе...
Глеб упрямо мотнул головой.
– А мы с папой еще немного посидим, – отрывисто продолжала она, – и тоже ляжем спать. Время позднее. Иди, детка, спать. А завтра мы все вместе сходим куда-нибудь. Хочешь в зоопарк? На мишек посмотрим. На тигров.
Глеб лишь теснее прижимался к моей коленке.
– Ну, сиди-сиди, – раздраженно закончила она.
Я осторожно поднес ей до краев наполненный стаканчик. Ирина залпом выпила его, резко сказала:
– Мы хотим с папой поговорить на взрослые темы! Ты нам будешь мешать!.. Что, не пойдешь?!.. Скоро светать начнет. Все равно останешься тут?!..
Глеб, потупившись, молчал.
– Леша! – негодующе распорядилась она. – Скажи ты ему!..
Через полчаса я ехал домой по ночному городу. Мальчик, слава богу, так и не ушел спать...
Дорогие женщины, с праздником Весны!

ЧУВСТВА, КОТОРЫЕ НЕ ОСТЫВАЮТ
dorogapodlunoj
Среди недели у меня неожиданно выдался выходной. Я решил провести его в подмосковном отеле — погулять по заснеженному лесу, покататься на лыжах.
Заехав домой, я наскоро уложил сумку и отправился в путь — через два часа у меня под ногами уже поскрипывал девственный снег. Пахло хвоей. В тишине слышалось, как из леса кричат вороны. Кругом ни души - лишь молодая пара, гуляющая по лесной дорожке, прекрасно дополняла картину безмятежного солнечного утра в сосновом бору.
Потом я заметил их с балкона своего номера: стоя на аллейке, ведущей к лесу, они сладко целовались. Во время обеда они сидели у стены и на виду у всего отеля кормили друг друга с ложечки.
Вернувшись к вечеру с лыжной прогулки, я зашел в бар перевести дух. И представьте мое удивление, нет — досаду, когда в полупустом баре я снова увидел их! Сцепившись пальцами и упершись лбами, они пили через соломинки коктейль из одного стакана.
Я устроился как можно дальше, но не замечать их, увы — не мог. Покончив с коктейлем, они звучно поцеловались и принялись за сок.
На ужине мы оказались за соседними столиками. Я сидел спиной, но все-таки слышал, чувствовал и даже обонял их беззаботную воркотню, мимолетные поцелуи и объятия...
После ужина я отправился на конную прогулку. Но они снова не покидали меня. Сойдя с тропинки и утопая по колена в снегу, они рвали гроздья рябины и кормили друг друга этими ягодками.
Катаясь на лошади, я заехал в самый дальний уголок территории отеля и здесь обнаружил ресторанчик, стилизованный под вестерн. На берегу замерзшей реки он выглядел весьма живописно: из трубы вился ароматный дымок, а окна заманчиво горели в лесных сумерках.
После конной прогулки я подался в ресторан. Вот где можно, наконец, спокойно посидеть! Честно сказать, вид этой пары меня определенно нервировал. Но стоило мне ступить в уютный полумрак таверны, как снова увидел... их!..
На этот раз они сидели в центре зала. Девушка нежно гладила его по волосам, а он...
Я развернулся, чтобы уйти, но вдруг меня осенило! Я понял, кто они такие и почему постоянно лезут на глаза!.. Вспомнился бунинский рассказ «Господин из Сан-Франциско». На океанском лайнере путешествовала очаровательная влюбленная пара, и никто не знал, что она нанята для развлечения гостей за хорошие деньги!
Выходит, администрация отеля переняла опыт столетней давности?!.. Догадка требовала немедленного разрешения.
Я вернулся в ресторан, взял у стойки стакан вина и подошел к столику влюбленных:
— Свободно? - не дожидаясь ответа, я бесцеремонно уселся за столик. Но пара не выказала неудовольствия. Даже наоборот — они приветливо заулыбались. Понятно, подумал я, работа есть работа. Скроив серьезное лицо, я веско начал:
— В двадцати километрах отсюда, - я неопределенно кивнул за окно, - открывается конно-развлекательный комплекс. И мы с радостью воспользуемся вашими услугами. Работа не на один день...
— То есть? - удивленно переспросил он. - Не понял!
— Какими услугами? - захлопала глазами она.
— Я наблюдал вашу работу целый день, - продолжал я, не сбавляя темпа. - Впечатляет.
— Какую работу?
— Вы о чем?!.. - их удивление, казалось, было неподдельным.
Тогда я спросил напрямик:
— А что вы тут делаете тогда?
Постепенно мы разговорились, и что же я узнал!..
Антон и Маша были женаты год, и весь этот злополучный год они непрерывно разбегались. Но проходило три дня — и их как магнитом притягивало друг к другу. Не в силах устоять, они сходились, но уже к вечеру совместное пребывание делалось невыносимым. На Антона, тихого и покладистого парня, — нападала ярость, и тогда он крушил все, что попадалось под руку.
— Я перебил в доме всю посуду, - признался он со злорадством.
— Теперь он еще стал деньги рвать, - подсказала Маша.
— Да, - согласился Антон, - мелкие и крупные купюры, без разбора и все подряд.
— В день отъезда сюда — 5 тысяч изорвал с криком: «Так тебе и надо!» А на меня как накатывает, кажется — не могу...
— Она распахивает окно и выкидывает мои вещи!
— А он в отместку, гад — рвет мою одежду! Скоро из дома не в чем будет выйти!
— Господа! - удивился я. - А зачем вы сюда-то приехали?
— Нам казалось, - в один голос ответили они, - что если мы поживем на нейтральной территории, вдали от всего...
— …то реанимируем наши отношения...
— ...надеялись, что получится!
— И тут у вас все пошло на лад? - предположил я.
— Ай! - точно от боли скривился Антон. - Мы тут промучились целых три дня, осталось столько же! А уже две занавески изорвали...
— Это ты все изодрал! - мгновенно ощерилась Маша. - Подушки изрезал!
— А ты с моей курткой че сделала?!.. Как я в Москву теперь поеду, а?!..
— А мне плевать! Я в Москву поеду на поезде! Короче, ничего у нас не вышло, - горько усмехнулась Маша.
— Тут вообще некуда деться! - воспаленным взглядом Антон обшарил углы ресторана. - Не знаю, как мы дотянем...
— Господи! Дотянет он! Да катись!..
— Отлично! - он резко встал из-за стола. - Все! Я качусь!
— Давай, сволочь, давай!
Антон, не оглядываясь, решительно зашагал прочь. Маша улыбнулась:
— Он ушел, а легче мне не стало. Через три дня мы опять будем вместе. Нас словно заколдовали! Ни сойтись, ни разойтись, а так старались — блин! Проклятье какое-то!
Ситуация действительно кошмарная. Мы обменялись телефонами — я обещал им чем-нибудь помочь. Но чем тут поможешь?.. Может их и правда заколдовали?..
Что бы Вы посоветовали этим несчастным людям?..

МЕЧТЫ СБЫВАЮТСЯ И НЕ СБЫВАЮТСЯ
dorogapodlunoj
С Ириной мы договорились встретиться в ресторанчике в Замоскворечье. Стоит ли говорить, что на встречу я ехал со смешанным чувством. С одной стороны — мне до ужаса хотелось посмотреть на ту самую девочку, но с другой, — меня не могло не смущать брачное объявление, о котором я написал в предыдущем посте «Чудесное превращение».
Когда мы уселись за столик, Ирина чуть грустно улыбнулась:
— Леш, общаешься с кем-нибудь из наших?
— Конечно. Но ты, я знаю — ни с кем.
— Точно! Я и в одноклассниках только недавно зарегистрировалась. И скажу тебе по секрету — мне хотелось найти двух человечков, Аньку и тебя. Не знаешь, где она и что с ней?
Я отрицательно мотнул головой, Ира продолжала:
— Я была уверена, что найду тебя в «Одноклассниках». Но ты меня опередил. Молодец! Я так рада тебя видеть!
Ирина тяжело передохнула, и я догадался:
— У тебя неприятности?
— Нет, все нормально, - улыбнулась она, но вдруг посерьезнела. - Да, Леш, ты прав. Не хотелось вечер портить. Короче, мне надо...
Принесли наш заказ. Ирина задумчиво следила за официанткой, расставляющей перед нами тарелки.
— Хочу с тобой посоветоваться, - продолжала она, когда официантка ушла. - У меня на службе вышла кошмарная история. Понимаешь, у меня на руках были документы, скажем, не для общего пользования. И вдруг, представляешь — к нам неожиданно нагрянул ОМОН, и как раз по материалам моих документиков! Все в шоке. Директор — в мыле! С трудом замяли дело. Но когда менты отбыли — меня на ковер. Инфа была явно слита. Кем? Так как инфой владела только я — вывод: слила я, и никто другой.
— Теперь грозит увольнение?
— Это еще хорошо... Я не представляю, что мне делать. Уволиться самой? Скажут: ага, все ясно, слила и теперь валит. Но оставаться после всего, сам понимаешь!..
— Стой. Документы были в электронном виде?
— В том-то и дело, что нет! Все только на бумаге. Три листа таблиц. Я сама собрала информацию, обработала ее, а листочки уничтожила.
— И сколько ты этим делом занималась? Долго?
— Нет... - она напряженно потерла лоб. - Утром начала. Оставалось фактически чуть-чуть. Но тут обед. Я на обед хожу не часто, предпочитаю... А тут как назло потащилась. Документы упрятала в сейф... Как сейчас помню, ключи в сумку, захлопнула дверь за собой...
— Долго отсутствовала?
— Минут сорок. Пришла, вытащила из сейфа бумаги, скоренько доделала. Все уничтожила. И тут как раз явилась налоговая! Вот так!
— А до обеда ты выходила из комнаты?
— Выходила в бухгалтерию, но документы брала с собой. Мне нужно было сверить с ними две цифры.
— Значит, вывод только один...
— ...что я слила информацию? - она жалобно глянула на меня. - Да?
— ...что во время обеденного перерыва, Ир, кто-то вошел в твою комнату. Ключ от сейфа у него был. Открыл сейф, сфоткал документы и убрал все на место — минуты три, не больше.
— Но ведь ключ-то, Леш...
— Слушай!.. - перебил я. - А в твоей каморке или в коридоре стоят камеры наблюдения? Наверняка ведь...
— В каморке нет, - неуверенно ответила она. - Но в коридоре, кажется, что-то висит...
— Тогда они засняли того, кто вошел к тебе. И вышел через три минуты.
— А что если... - Ирина изумленно уставилась на меня.
— Проверить надо. И как можно скорей!
Она торопливо вытащила телефон:
— Аркадий Николаевич, - голос ее сорвался. - Аркадий Николаевич, мы тут подумали... А вот камеры наблюдения, которые висят в коридоре...
Вскоре Ирина отложила телефон и отерла испарину со лба:
— Директор, оказывается, на месте. Да, в коридоре камеры есть, и он уже дал команду их смотреть. Говорит — перезвонит мне тут же...
— Ир, а много времени прошло с того злополучного дня?
— Это был день, когда мы договорились с тобой о встрече.
— Позавчера?! - присвистнул я. - Этот чел давно мог стереть все записи. А ежели он вхож к секьюрити, то подавно...
Ира механически кивала в такт моим словам. Но вдруг ее телефон разразился веселенькой мелодией.
Ира остолбенела. Она с ужасом покосилась на лежащий перед ней аппарат, перевела взгляд на меня. Потом опять на телефон. Телефон продолжал настойчиво трезвонить.
— Бери! - решительно сказал я.
Она потянулась к аппарату. Ее щеки горели.
— Да, Аркадий Николаевич!.. - буквально выдавила она.
Из трубки донесся уверенный баритон, но смысл слов я разобрать не мог.
— ...хорошо, Аркадий Николаевич, - кивнула Ирина и отжала связь.
— Ну?!..
Она с трудом перевела дух и вдруг схватила меня за обе руки.
— Что он сказал?!.. - допытывался я.
— Он сказал, Леш, - с ужасом прошептала Ира, вплотную придвигаясь ко мне, - сказал... камера засняла, что в обеденный перерыв, в 2-15 ко мне в комнату вошла одна девица из бухгалтерии! А вышла через шесть минут!
— Что и требовалось доказать! - воскликнул я.
— Леша... - она подняла голову и внимательно посмотрела мне в глаза. - Я тебе по гроб жизни обязана!
— Отлично. А что за девица?
— Работает у нас недавно. Снимает квартиру. Приезжая. Директор сказал, что к ней уже выехали ребята. Она сейчас дома. Уф!.. Будут разбираться с ней конкретно.
— Ей не позавидуешь!
— Фух! - она отерла пылающий лоб и вдруг счастливо обняла меня за шею. - Лешка, у меня камень с души свалился!..
Остаток вечера прошел в молчании, лишь прерываемом невольными вздохами Ирины:
— Но какова!.. Кто бы мог подумать!.. Тихоня...
Ирина никак не могла отделаться от нахлынувших на нее известий. Она то кротко улыбалась мне, то вновь погружалась в раздумья.
Я отвез ее домой. Всю дорогу она смотрела невидящим взглядом вперед, сокрушенно цокая языком.
Расстались мы как старые друзья, забыв конечно же договориться о следующих встречах. Да и дружба ли это, когда друг обязан тебе «по гроб жизни»?..
А как у Вас закончилась встреча с одноклассниками?..

ЧУДЕСНОЕ ПРЕВРАЩЕНИЕ
dorogapodlunoj
Гуляя недавно по сайту «Одноклассники», набрел неожиданно на девочку, с которой мы просидели несколько лет за одной партой. Между нами была... симпатия, и даже немножко больше того. Мгновенно на меня нахлынули романтические воспоминания о давно минувших днях. И я тут же написал ей. Конечно, с фотографии на меня смотрела не та девочка из лучезарного детства, но интересная дама, поэтому я выбрал форму обращения «Вы».
Здравствуйте, Ира, писал я, а помните время золотое беззаботное, когда мы с Вами... А закончил, как и положено в приличном обществе, вопросом: как поживаете?
Ответ пришел мгновенно. Но по мере вчитывания в него, мое удивление сменялось недоумением вперемежку с растерянностью.
После краткого вступления, призывающего скоренько перейти на «ты», девочка, окутанная романтической дымкой, продолжала: «Всего не напишешь, поэтому лучше всего нам встретиться. О себе: дважды разведена, имею сына 6 лет, работаю внутренним аудитором».
Еще оставалось только добавить: люблю уют, путешествия и книги по кулинарии.
Да-с, романтика — удел мужчин, а женщине не до того, ей нужно личную жизнь устраивать... Но стоит ли идти на такое свидание? И что хорошего может выйти из него?..

ВОЛШЕБСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ...
dorogapodlunoj
У меня был друг Иван — актуальный художник. Он писал на огромных холстах исключительно рыбок. Произведения охотно приобретали галереи и частные коллекции Америки и Европы. Желания совпали с возможностями, Иван самозабвенно крапал нескончаемый рыбный поток.
Но вдруг, ни с того ни с сего — Иван уверовал в Бога. Публично покаялся в своих «сатанинских» рыбках и страстно занялся иконописью. Но дело не пошло: у него не выходили лики, на зрителя таращились смешные и одновременно страшные маски античных комедиантов. Не лики святых. При этом Иван не мог долго и сосредоточенно работать над иконой, все время куда-то выбегал.
— Курит он там, что ли? - подумали мы и однажды проследили за ним. И... ахнули! Оказалось, соседнее помещение тоже было его мастерской, а там — во всю стену холсты, на которых змеились и переливались в холодном лунном блеске, преломленном сквозь толщу воды — рыбки! Тут и жена его Маришка работала на подхвате — подмалевывала водоросли и рыбью чешую.
— Не могу, ребят!.. - сокрушенно плюхнулся в кресло Иван. - Держат они меня, проклятые!.. Но я отделаюсь от них, клянусь!..
И клятву свою он сдержал, но при жутких обстоятельствах.
Вскоре в клуб, находящийся недалеко от мастерской, приехал на гастроли лидер широко известной секты — Виссарион. Ради прикола и мы отправились послушать мессию.
Народу набилось в клуб видимо-невидимо. Виссарион вышел на сцену, как и подобает лже-христу — в красном хитоне и сандалиях. Золотистые волосы красиво ниспадали на плечи, русая бородка обрамляла узкое лицо бывшего милиционера, в общем, все как положено. Но то, что понес этот Виссарион, трудно передать словами. Говорил он страстно, но бессвязно совсем. Недолго послушав эту ахинею и поняв, что смысла ждать больше неоткуда, я пихнул Ивана в бок, мол, пошли скорей. Иван не отреагировал. Я пихнул его сильней — Иван сидел как вкопанный, а глаза его яростно пламенели.
— Что с тобой? - испугался я.
— Оно!.. - пробормотал приятель, не спуская глас с Виссариона.
— В смысле? Ваня, он же бредет!
— Не-е... - завороженно улыбнулся Иван. - Это то, что я искал всю жизнь!
Маришка сидела тут же, но, о, боги! — она точно также, как и Иван, самозабвенно лупилась на лже-мессию.
В течение двух следующих недель Иван с Маришкой спешно распродали все свое движимое и недвижимое имущество и отбыли в Сибирь, в Город Солнца — обиталище Виссариона и его последователей.
С тех пор прошло три года. Иван с Маришкой по-прежнему живут в тайге, теперь у них другие имена — Халкидий и Перепетуя. У них родился сын, которого Виссарион назвал Фемистоклом. Вся жизнь семьи расчерчена уверенной рукой мессии, питание, как и супружеские связи — под строгим контролем. Халкидий трудится кузнецом и огородником, Перепетуя — на общей кухне.
Мы, бывшие друзья вместе с галеристами, ездили в тот чудный городок посреди тайги, но наши усилия не увенчались успехом.
— Я всем доволен, - твердил бывший художник. - Здесь мы обрели покой и счастье...
— Он взрослый человек, - нехорошо улыбнулся нам на прощание Виссарион, - ему решать что хорошо, что плохо.
Да, с этим не поспоришь, он взрослый. Но разве взрослые не нуждаются в помощи?..

МИР ТЕСЕН
dorogapodlunoj
За обедом сотрудница поведала о своих семейных горестях. Вот ее рассказ.
Когда за последним клиентом хлопнула дверь, я уселась поудобнее, придвинула к себе телефон и позвонила Ему:
— Стас, я уже освободилась. Еду домой! Что хочешь сегодня на ужин?
— Тут проблемы, - буркнул Он. - И мне придется задержаться...
— Стасик, опять?!.. - расстроенно протянула я.
— Представляешь, на этот раз сервак упал.
— Это надолго?
— Вроде нет. Лен, я жутко по тебе соскучился.
— Стас, я тоже! - призналась я, застегивая куртку.
Спешить теперь было некуда, и я отправилась в «Атриум». Рассеянно шляясь по отделам, кое-что примерила. Но неприятное чувство не давало мне покоя. Странно, разглядывая очередную блузку, думала я. Последнее время у Него постоянно что-то случается. То нагрянет неожиданная проверка, то прибудут коллеги из региона... Правда он не так давно получил повышение. Видимо, в этом все и дело.
Но смутное беспокойство не покидало меня. К тому же на глаза то и дело попадалась красивая пара примерно наших лет. Они ходили, взявшись за руки и обмениваясь счастливыми улыбками. Мне стало завидно. Ужасно хотелось позвонить Ему, я уже вынула телефон, но в последний момент передумала.
Когда я вышла из магазина, Садовое Кольцо плотно стояло в оба направления. Но я предвидела это. Переулками я выбралась к Покровским воротам, а дальше все опять тонуло в море габаритных огней. Тогда я ушла вправо, на Покровку, но проехав сто метров — крепко встала.
От судьбы не уйдешь, вздохнула я. Что делать в пробке? Можно полистать журнальчик, валяющийся на заднем сиденье. Отстегнув ремень, я повернулась, но моя рука вдруг беспомощно повисла в воздухе... Я изумленно уставилась в боковое стекло...
В доме напротив, за тонированным окном во всю стену, в мягком полусвете тонул зал ресторана. А в нем, у этого самого окна сидел... Кто бы вы думали?.. Он, Стас!.. А рядом — девушка! Стас что-то оживленно говорил. Девушка, очаровательно улыбаясь, время от времени поглядывала на вереницу машин за окном и скользящих по льду пешеходов. Она словно чувствовала мой пристальный взгляд.
В первый момент мне захотелось выскочить из машины, подойти к ресторанной витрине и стукнуть по ней кулаком. Но нет, это слишком глупо. А что если... если это рабочая встреча? Нет, не похоже...
Время шло, пробка не двигалась, и я продолжала созерцать счастливые мгновения из жизни супруга. Наконец, я вытащила телефон и, предательски дрожа, набрала Его номер. Гудка не было долго. Мне уже стало казаться, что его телефон отключен или вне зоны доступа... Но вот Стас сделал озабоченное лицо и полез в карман. У меня перехватило дыхание... Он нажал связь и поднес телефон к уху.
— Стас... - выдавила я, не спуская с него глаз. - Ты сейчас где? Ты скоро?
— Почти закончил.
— Где ты?!.. - я была больше чем уверена, что сейчас Он ответит: в серверной, но вместо этого услышала настороженное:
— Вообще-то я в районе Покровки... А что?
— Что ты там делаешь?
Передние машины поехали, но я, увлеченная расспросами, продолжала стоять.
— Сидим, - хмыкнул Он, - разбираемся с товарищем.
— В чем? С кем?..
Сзади посигналили. Я не обратила внимания на такую мелочь.
— В чем разбираемся? - переспросил супруг, поглядев на девушку. - Лен, мне сейчас неудобно говорить. А ты уже дома?..
Не дожидаясь повторного бибиканья в спину, я отжала связь и тронулась с места. Проклятое ресторанное окно вскоре исчезло из вида.
Стас явился домой поздно. Пробормотав что-то невнятное про собачью усталость, он повалился в койку и быстро уснул, безмятежно посапывая.
История в общем банальная, но каждый раз, попадая в нее, не представляешь, что дальше предпринять. Сделать вид, что ничего не знаешь? Или устроить скандал с дознанием, ведь ничего пока толком неизвестно?! А может, не стоит кормить себя иллюзиями, и без лишней нервотрепки подать сразу на развод?..